Юрист - онлайн

Строгое и неуклонное соблюдение законности - важнейшее условие разработки криминалистических методических рекомендаций

А. А. СТЕПАНОВ

кандидат юридических наук, доцент

(Санкт-Петербургский юридический институт Генеральной прокуратуры РФ)

Одним из направлений совершенствования борьбы с преступностью является вне­дрение в практику разработанных криминалистами научных методических рекоменда­ций, позволяющих повышать эффективность раскрытия преступлений и изобличения виновных. Разработка этих рекомендаций должна осуществляться в соответствии с ря­дом исходных положений. Важнейшим исходным положением криминалистических методических рекомендаций является строгое и неуклонное соблюдение законности.

К сожалению, анализ криминалистической литературы показывает, что в литературе (в том числе и учебной) существует немало криминалистических методических реко­мендаций, которые не соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона.

Возьмем, например, только одно следственное действие - предъявление для опозна­ния. Обобщение следственной практики свидетельствует о том, что при производстве данного следственного действия допускается довольно много различного рода наруше­ний, приводящих к тому, что результаты этих следственных действий судами признают­ся не имеющими юридической силы и исключаются из числа доказательств.

Подобные нарушения обусловлены не только сложностью производства данного следственного действия, но в определенной степени и тем, что в криминалистической литературе существуют методические рекомендации по производству данного следст­венного действия, не соответствующие требованиям закона.

Так, например, О. Я. Баев предлагает в случаях, «когда ни следственным, ни опера­тивным путем не представляется возможным сузить круг лиц, среди которых может оказаться устанавливаемое лицо», провести так называемое «уличное опознание» 1, сущ­ность которого заключается в следующем: следователь приглашает двух понятых и вме­сте с потерпевшим или свидетелем, которые сообщили, что могут опознать преступника, посещают танцплощадки, проходные заводов и другие места возможного нахождения преступника. В случае если свидетель или потерпевший опознают предполагаемого преступника, его задерживают и опознавшим предлагают пояснять, по каким признакам его опознали. По мнению О. Я. Баева, «протоколы предъявления для опознания, прове­денного в таких условиях, являются источником доказательств» 2.

Аргументируя свой вывод, О. Я. Баев указывает, «что при производстве опознания в указанных условиях розыскной деятельности практически возможно соблюдение всех процессуально-тактических приемов предъявления личности для опознания за исключе­нием лишь одного из них: предложения опознаваемому перед началом опознания занять любое место среди предъявляемых лиц. Этот элемент направлен на искусственное обес­печение условий проведения опознания, наиболее благоприятных для опознаваемого и обеспечивающих “чистоту” опознания. При предъявлении для опознания в ходе розыск­ных действий (при “уличном опознании”) опознаваемый априори находится в естественных, наиболее благоприятных с этой точки зрения условиях, полностью, на наш взгляд, компенсирующих невыполнение данного процессуально-тактического требова­ния. И поэтому думается, что подобные “уличные опознания” полностью гарантируют объективность опознающего (не менее чем при предъявлении для опознания в “обыч­ных” условиях)» 3.

Этот довод уважаемого ученого противоречит закону. Процесс опознания не просто узнавание, а процессуальное действие, поэтому точное соблюдение установленного законом порядка предъявления для опознания - обязательное требование 4. Несоблюде­ние установленного законом процессуального порядка предъявления для опознания создает предпосылки для ошибочного узнавания объекта.

В соответствии с требованиями ст. 193 УПК РФ предъявление для опознания как процессуальное следственное действие должно проводиться при неукоснительном со­блюдении всех предусмотренных уголовно-процессуальным законом условий. Во-пер­вых, необходимо подробно допросить опознающее лицо об обстоятельствах, при кото­рых оно наблюдало соответствующее лицо, и о его приметах и особенностях, позво­ляющих выявить конкретное лицо. Затем к установленному в ходе следствия опознавае­мому подбирается не менее двух лиц, по возможности сходных с ним по внешности (по сложению тела, возрасту, росту, по форме и цвету лица, волос, глаз, прическе, по осо­бым приметам, по цвету и фасону одежды). Перед началом предъявления для опознания опознаваемому в присутствии понятых предлагается занять любое место среди предъ­являемых лиц, что обязательно отмечается в протоколе. Игнорирование хотя бы одного из указанных в законе условий приводит к утрате доказательственного значения резуль­татов следственного действия (п. 3 ч. 2 ст. 75 УПК РФ).

Изложенное выше убедительно доказывает, что в описанных О. Я. Баевым условиях розыскной деятельности по выявлению преступников происходит процесс не опознания, строго регламентированного уголовно-процессуальным законодательством, а узнавания. Поэтому если в указанных условиях розыскной деятельности потерпевший узнал лицо, которое совершило в отношении него преступление, то результаты узнавания должны фиксироваться не в протоколе предъявления для опознания, а в протоколах допроса потерпевшего (свидетеля) и оперативных работников органов внутренних дел, которые участвовали в этой розыскной деятельности.

Не отвечает требованиям уголовно-процессуального законодательства рекомендация, изложенная в учебнике криминалистики 1999 г. (под ред. Н. П. Яблокова, автор главы 3. Г. Самошина) о том, что для опознания по признакам внешности могут использовать­ся «специальные альбомы или картотеки (фототеки) (курсив мой. - А. С), ведущиеся в органах внутренних дел, в которых изображения лиц представлены в виде фотоснимков, близких по размеру, а также по условиям фотосъемки». По мнению автора указанной главы, сущность данного опознания заключается в том, что «опознающему представля­ется такой альбом и предлагается в нем опознать искомое лицо». Далее автор поясняет, что «если опознающий укажет, что на фотографии № … на странице №… фотоальбома №… или фотоснимке в фототеке он опознал ранее запомнившегося человека, то в про­токоле делается запись об обстоятельствах, при которых он наблюдал соответствующее лицо и приметы (особенности), по которым он его опознал. После опознания в протоко­ле указываются его персонографические данные (фамилия, имя и др.). Репродукция страницы альбома или фотоснимков фототеки прилагается к протоколу» 5.

Действительно, на практике нередко возникает необходимость предъявления фото­изображений для опознания лиц (например, подлежащий опознанию скрывается от органов следствия, умер или его местонахождение неизвестно; опознающий прожива­ет в отдаленной местности, что затрудняет его вызов; подлежащий опознанию отка­зывается от участия в следственном действии и т. д.). Уголовно-процессуальным законодательством учтены эти ситуации и строго регламентирован процессуальный порядок производства этого следственного действия. Нарушение изложенных в за­коне требований влечет утрату доказательственного значения полученных фактиче­ских данных.

В ч. 5 ст. 193 УПК РФ указано: «При невозможности предъявления лица опознание  может быть произведено по его фотографии, предъявляемой одновременно с другими фотографиями других лиц, внешне сходных с опознаваемым лицом. Количество фото­графий должно быть не менее трех»

(курсив мой  А. С), а это означает, что предъяв­ление фотоизображений для опознания лиц может быть произведено только при соблю­дении следующих условий. Прежде всего, в ходе допроса опознающего подробно выявляются общие и частные признаки, позволяющие индивидуализировать лицо, подлежа­щее опознанию. Затем в ходе следствия по этим признакам устанавливается конкретное лицо, которое необходимо предъявлять для опознания. Когда это установленное лицо невозможно предъявить в натуре, предъявление для опознания проводится по его фо­токарточке. При этом должно строго соблюдаться требование закона о внешнем сход­стве лиц, предъявляемых для опознания. Поэтому при подборе фотографий необходимо найти не менее двух фотоснимков лиц, сходных с опознаваемым по полу, возрасту, расо­вым признакам, росту, телосложению и т. д. Фотографии должны быть выполнены в одинаковых условиях и масштабе и, по возможности, должны относиться к тому перио­ду, когда опознающий видел опознаваемого. Подобранные следователем фотографии наклеиваются на бумагу, нумеруются, скрепляются печатью органа расследования и таким образом становятся фототаблицей, которая приобщается к протоколу предъявле­ния для опознания. Перед предъявлением фотоснимков для опознания следователь дол­жен уведомить понятых о том, каким номером обозначено фотоизображение опознавае­мого лица. Опознающий в присутствии понятых рассматривает эту фототаблицу. В слу­чае опознания лица опознающий указывает, под каким номером наклеен на бланке фо­тоснимок опознанного им лица, и перечисляет признаки, послужившие основанием для  опознания, о чем делается запись в протоколе.

Все эти вышеперечисленные условия не соблюдаются при предъявлении потерпев­шему или свидетелю фотоальбомов, ведущихся в органах внутренних дел, с целью вы­явления лиц, совершивших преступление. Присутствие при этом действии” понятых и предъявление большого количества фотографий не превращает это действие в предъяв­ление для опознания. В этих случаях происходит не опознание, а узнавание. Поэтому если в ходе расследования возникает необходимость предъявить потерпевшему или свидетелю, видевшему преступника, имеющиеся в органах внутренних дел- фотоальбомы с целью выявления преступников, то проводить это нужно следующим образом. При­глашаются двое понятых и потерпевший или свидетель осматривают представленные им фотоальбомы, о чем следователь составляет протокол осмотра фотоальбомов (ст. 166, 176, 177 УПК РФ). В протоколе следователь указывает количество листов и фотосним­ков в каждом альбоме. Если потерпевший или свидетель укажут, что на какой-либо фо­тографии они узнали ранее запомнившееся им лицо, которое совершило преступление, то в протоколе фиксируются номер фотоальбома, номер страницы и номер фотографии. Репродукция страницы альбома с фотоснимком узнанного лица прилагается к протоколу осмотра. После этого допрашивается оперативный работник органов внутренних дел, который составляет фотоальбомы, и у него выясняются данные о личности узнанного лица (фамилия, имя и т. д.). Представляется также целесообразным подробно допро­сить потерпевшего (свидетеля) о приметах (особенностях), по которым он узнал дан­ное лицо.

В указанном ранее учебнике «Криминалистика» доцент 3. Г. Самошина пишет, что «вместо фотоальбомов и фототек для опознания могут быть использованы видеозаписи (курсив мой. -А. С), на видеокартах которых отображаются изображения разных лиц. В протоколе предъявления для опознания личности по видеоизображению необходимо указать, что предъявлялось видеоизображение, хранящееся в видеокассете определенной марки и емкости (в минутах). В случае опознания личности в протоколе указывается номер изображения, номер кассеты и обстоятельства, при которых опознающий видел ранее данного человека. Кроме того, в процессуальном документе фиксируются фамилия, имя, отчество опознанного, номер его регистрации в журнале видеоучета. К прото­колу прилагается репродукция видеокадра, на котором запечатлен опознанный человек» 6.

Как уже отмечалось ранее, данная рекомендация не отвечает требованиям уголовно-процессуального законодательства (ст. 193 УПК РФ) - нет конкретного опознаваемого, к нему не подобрано не менее двух лиц, сходных с ним по внешности. Поэтому в данном случае происходит опять-таки не предъявление для опознания, а узнавание. В связи с этим правильно будет в соответствии с законодательством (ст. 166, 176, 177 УПК РФ) провести с лицом, ранее воспринимавшим и запомнившим какой-либо объект, осмотр видеокассеты в присутствии двух понятых. В случае узнавания лица в протоколе осмот­ра указывается номер изображения и номер кассеты, а также фамилия, имя, отчество узнанного, номер его регистрации в журнале видеоучета. Лицо, которое просматривало видеокассету, необходимо подробно допросить об обстоятельствах, при которых оно наблюдало опознанного, и по каким конкретно приметам его узнало.

Из-за несоблюдения обязательных условий предъявления для опознания {отсутст­вие конкретного опознаваемого, подбор к нему не менее двух лиц, сходных с ним по внешности) также не отвечает требованиям законодательства рекомендация, изложенная в учебнике «Криминалистика» (под ред. Т. А. Седовой и А. А. Эксархопуло), о том, что «на практике все чаще встречаются случаи, когда возникает необходимость предъявле­ния для опознания объектов, запечатленных на кино- и видеопленку. В качестве объек­тов предъявления могут служить как кино- и видеофильмы, специально снятые в ходе расследования, так и оперативные, снятые вне связи с уголовным делом, любительские и профессиональные. Опознающий совместно с понятыми и следователем просматривает фильм, затем составляется протокол, где фиксируются, в случае положительного резуль­тата опознания, признаки, по которым объект в фильме опознан» 7.

В этих случаях так же, как и в вышеизложенных, происходит не предъявление для опознания, а узнавание. Поэтому, как уже указывалось, оформляться это должно не про­токолом предъявления для опознания, а протоколом осмотра. В противном случае из-за нарушения изложенных в законе (ст. 193 УПК РФ) обязательных для исполнения усло­вий предъявления для опознания (отсутствие конкретного опознаваемого, сходных с ним не менее двух лиц) полученные фактические данные в соответствии с ч. 3 ст. 7 и ст. 75 УПК РФ не будут иметь юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения.

В следственной практике встречается немало случаев, когда возникает необходи­мость предъявления для опознания людей по функциональным признакам (по особенно­стям голоса, речи, походки). Одной из проблем такого рода предъявлений для опознания является то, что опознаваемые в ходе следственного действия могут изменить голос, особенности речи, походку.

В связи с этим в криминалистической литературе существуют рекомендации, кото­рые, по мнению авторов, позволяют исключить возможность со стороны опознаваемых изменить голос, особенности речи, походку. Например, И. Е. Быховский пишет: «Харак­терной чертой этих видов предъявления для опознания является то, что опознаваемый до определенного момента не ставится в известность, что он предъявляется для опознания. Это делается, чтобы исключить возможность с его стороны изменить голос, особенности речи, изменить походку. Поэтому следователь должен принять меры, исключающие осведомленность опознаваемого о предстоящем следственном действии». Следователь о том, «что имеет место предъявление для опознания» по голосу и особенностям речи, по мнению И. Е. Быховского, объявляет всем присутствующим, в том числе и опознавае­мому, только «после того, как предъявляемые лица ответили на вопросы следователя», а при предъявлении для опознания по особенностям походки - «после того, как опозна­ваемый и другие предъявляемые совместно с ним лица прошли мимо опознающего» 8.

Таким образом, И. Е. Быховский предлагает следователям объявлять опознаваемому о предъявлении для опознания по голосу, особенностям речи и походки на завершаю­щем этапе данного следственного действия. Данная рекомендация противоречит требо­ваниям, изложенным в ч. 4 ст. 193 УПК РФ, где указано, что «перед началом опознания опознаваемому предлагается занять любое место среди предъявляемых лиц, о чем в протоколе опознания делается соответствующая запись». Из этого вытекает, что следо­ватель перед началом следственного действия должен сказать опознаваемому, лицам (сходным с ним по голосу, особенностям речи и походки), понятым о том, что будет проводиться предъявление для опознания. При предъявлении для опознания по голосу и особенностям речи необходимо разъяснить, что опознаваемый и лица, сходные с ним по голосу и особенностям речи, должны будут зачитывать подготовленный следователем текст. При этом опознаваемому нужно предложить самому выбирать, каким по порядку он будет зачитывать текст - первым, вторым или третьим, о чем впоследствии сделать соответствующую запись в протоколе предъявления для опознания. Таким же образом следует поступить и при предъявлении для опознания по особенностям походки, то есть предложить опознаваемому определить, каким он будет проходить - первым, вторым или третьим.

Представляется, что проведенный критический анализ имеющихся в криминалисти­ческой литературе рекомендаций по проведению предъявления для опознания, не соот­ветствующих требованиям ст. 193 УПК РФ, будет способствовать соблюдению следова­телями законности при раскрытии и расследовании преступлений.

1 Баев О. Я. Тактика следственных действий: Учеб. пособие. Воронеж, 1992. С. 170-172.
2 Баев О. Я. Криминалистическая тактика и уголовно-процессуальный закон. Воронеж, 1977. С. 87-92.
3 Баев О. Я. Тактика следственных действий. С. 171.
4 См.: Бюллетень Верховного Суда СССР. 1970. № 1. С. 36.
5 Криминалистика: Учеб. / Отв. ред. Н. П. Яблоков. 2-е изд., перераб. и доп. М., 1999. С. 482.
6  Криминалистика: Учеб. / Отв. ред. Н. П. Яблоков. С. 482-483.
7 Криминалистика: Учеб. / Под ред. Т. А. Седовой, А. А. Эксархопуло. СПб., 2001. С. 569-570.
8  Бурданова В. С, Быховский И. Е. Предъявление для опознания на предварительном следствии. М., 1975. С. 58-60.

      

|0 комментариев