Юрист - онлайн

Криминалистические проблемы уголовного преследования

О. Н. КОРШУНОВА

кандидат юридических наук, доцент (Санкт-Петербургский юридический институт

Генеральной прокуратуры РФ)

Понятие уголовного преследования не является новым для российского законода­тельства. Однако сегодня в контексте действующего уголовно-процессуального закона оно приобрело несколько иной смысл. Ранее, как нам представляется, акцент был сделан на разграничении стадий уголовного судопроизводства для определения целей и задач, стоящих перед участниками уголовного процесса. С развитием принципа состязательно­сти ситуация изменилась: на первый план выдвинулись иные проблемы, иные подходы в определении ролей и функций участников уголовного судопроизводства; это требует переосмысления существовавших ранее подходов к определению понятия «уголовное преследование», его принципов и тех составляющих, которые сложились в соответствии с ранее действовавшим законодательством.

В настоящей статье внимание будет сосредоточено на криминалистических пробле­мах, которые возникают в связи с организацией деятельности по осуществлению уго­ловного преследования.

Разработка основных теоретических и методологических проблем уголовного пре­следования имеет большое теоретическое и практическое значение. С одной стороны, должна быть создана теоретическая база для разработки новых и совершенствования уже имеющихся методов и методик организации деятельности участников уголовного преследования.

Несомненно, что существуют некоторые общие закономерности, которые определя­ют характер и направления такой деятельности вне зависимости от особенностей про­цессуального положения того или иного участника уголовного преследования. Исследо­вание этих общих закономерностей в логической взаимосвязи с закономерностями част­ного характера должно привести к созданию той теоретической базы, которая обеспечит разработку системы научно обоснованных методов и методик. При этом в качестве ча­стных закономерностей рассматриваются те, которые отражают специфику деятельно­сти различных участников уголовного преследования в зависимости от их процессуаль­ного положения и других особенностей.

Только при условии такого системного подхода может быть правильно понята кри­миналистическая сущность уголовного преследования, сформулированы его основные принципы и правила, созданы не только целесообразные, но и максимально эффектив­ные методы осуществления этой деятельности.

С другой стороны, прочная теоретическая и методологическая основа обеспечивает возможность и целесообразность использования разработанных методов и методик в практической деятельности следователя, прокурора (в том числе государственного об­винителя) и т. д.

Обсуждение сложных вопросов организации криминалистической деятельности по обеспечению целей и задач уголовного преследования невозможно без решения ряда проблем общего характера. Поэтому, прежде всего, следует определить криминалистиче­ское содержание понятия «уголовное преследование» и то, как оно соотносится с поня­тием «уголовное судопроизводство».

По нашему мнению, следует различать понятие «уголовное преследование», упот­ребляемое в узком и широком смысле.

УПК РФ определяет уголовное судопроизводство как совокупность двух составляю­щих: досудебного и судебного производства. При этом досудебное производство - это уголовное судопроизводство с момента получения сообщения о преступлении до на­правления прокурором уголовного дела в суд для рассмотрения его по существу. В свою очередь, судебное разбирательство определяется как судебные заседания судов первой, второй и надзорной инстанций (пп. 9, 51, 56 ч. 1 ст. 5 УПК РФ).

Под уголовным преследованием в узком (процессуальном) смысле слова следует по­нимать деятельность, осуществляемую стороной обвинения (прокурором, следователем, дознавателем, частным обвинителем, потерпевшим, его законным представителем и пред­ставителем, гражданским истцом и его представителем) в целях изобличения подозревае­мого, обвиняемого в совершении преступления (пп. 47, 55 ст. 5 УПК РФ).

Поскольку сторонами являются только те участники уголовного судопроизводства, которые выполняют на основе состязательности функцию либо обвинения (уголовного преследования), либо защиты от обвинения, то соответственно можно сказать, что сторону обвинения представляют те участники уголовного судопроизводства, кото­рые выполняют функцию обвинения, то есть выдвигают и обосновывают утвержде­ние о совершении определенным лицом деяния, запрещенного уголовным законом, выдвинутое в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом (п. 22 ч. 1 ст. 5 УПК РФ).

Бесспорным представляется то, что понятия «уголовное преследование» в узком смысле и «уголовное судопроизводство» соотносятся как частное и общее. Однако такое соотношение не позволяет определить содержание уголовного преследования в полном объеме.

По нашему мнению, право на уголовное преследование (и у государства, и у физи­ческих лиц) возникает с момента совершения преступления виновным. При этом отме­тим, что уголовное преследование может осуществляться правомерно либо неправо­мерно. Правомерным оно будет в том случае, если субъекты реализуют свое право и организуют деятельность в соответствии с теми правилами, которые определены уго­ловно-процессуальным законодательством. Неправомерной, либо противоправной, такая деятельность будет, если субъект нарушит указанные правила, отступит от них по той или иной причине. Причем вне зависимости от целей, преследуемых субъектом, результаты неправомерно осуществляемого уголовного преследования не только не могут служить основой для принятия законного решения, но могут дать право другим субъектам на осуществление уголовного преследования по факту совершения нового преступления.

Соответствующие субъекты не сразу получают информацию о совершенном престу­плении. Поэтому кроме права на уголовное преследование следует рассмотреть такую категорию, как обязанность принять все предусмотренные законом меры по установле­нию события преступления и изобличению виновных, которая возникает у прокурора, следователя или дознавателя с момента обнаружения преступления.

Именно с момента обнаружения события преступления уже начинается деятельность по собиранию и оценке информации для решения вопроса о возбуждении уголовного дела. Эта деятельность не урегулирована прямо уголовно-процессуальным законода­тельством, но имеет большое криминалистическое значение, поскольку именно на этом этапе может и должна быть собрана первая криминалистически значимая информация, исходя из которой будут решаться не только процессуальные, но и тактико-методические вопросы (о выдвижении версий, определении направлений деятельности, выборе технических, тактических и методических средств, приемов и методов и т. п.). Она предшествует уголовному преследованию в процессуальном смысле, обеспечивая его возможность, успешность и эффективность с информационной точки зрения. Поэто­му она также должна осуществляться правомерными способами, быть основана на ре­зультатах познания тех общих закономерностей, которые отражают сущность рассмат­риваемого вида деятельности.

Таким образом, необходимо рассматривать понятие уголовного преследования в бо­лее широком, чем собственно процессуальном, смысле. Поскольку содержание этого понятия предполагается определять исходя из криминалистических целей и задач, то и предлагаемое более широкое понятие уголовного преследования является криминали­стическим.

В любом случае, рассматриваем мы понятие уголовного преследования в узком или широком смысле, возможно существование нескольких разновидностей каждого. Следу­ет выделять две группы видов уголовного преследования: процессуальные (то есть пря­мо предусмотренные Уголовно-процессуальным кодексом) и криминалистические. Во вторую группу входят те виды, которые не закреплены непосредственно в законе, но вычленение, которых необходимо с криминалистической точки зрения, поскольку их своеобразие предопределяется спецификой целей и задач, стоящих перед субъектами деятельности. Классификации внутри приведенных групп могут быть проведены по различным основаниям. Мы остановимся на наиболее значимых с точки зрения целей нашего исследования.

Прежде всего, классификацию следует проводить в зависимости от характера со­вершенного преступления. Действующее уголовно-процессуальное законодательство закрепило существование трех видов процессуального уголовного преследования: осу­ществляемого в публичном, частно-публичном и частном порядке.

Следующая значимая классификация должна быть проведена в зависимости от субъ­екта деятельности. По этому основанию следует выделять уголовное преследование: осуществляемое прокурором, следователем, дознавателем, частным обвинителем, по­терпевшим, его законным представителем и представителем, гражданским истцом и его представителем. Поскольку обязательность осуществления уголовного преследования от имени государства закреплена в законе только применительно к делам публичного и частно-публичного обвинения (ч. 1 ст. 21 УПК РФ), представляется целесообразным всех субъектов уголовного преследования разделить на две группы: субъекты, осущест­вляющие уголовное преследование по делам публичного и частно-публичного обвине­ния (прокурор, следователь и дознаватель), и субъекты, осуществляющие уголовное преследование по делам частного обвинения (потерпевший или его законный представи­тель и представитель).

Для первой группы субъектов уголовное преследование является не только правом, но и обязанностью, о чем было сказано выше. Для второй группы - только правом, ко­торое может быть ими реализовано в установленном законом порядке. Поскольку такая обязанность для субъектов второй группы отсутствует, вполне может сложиться ситуа­ция, когда имеющееся право не будет реализовано в процессуальных формах.

Криминалистические проблемы организации деятельности по осуществлению уго­ловного преследования представляется необходимым рассматривать, прежде всего, при­менительно к первой группе субъектов, осуществляющих уголовное преследование от имени государства. Закон не только определяет их полномочия, но и обязывает в каждом случае обнаружения признаков преступления принимать предусмотренные Уголовно-процессуальным кодексом меры по установлению события преступления, изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления.

Не отрицая важности обеспечения защиты прав и законных интересов человека от любого посягательства, сосредоточим внимание на наиболее значимых организационно-методических аспектах деятельности тех субъектов уголовного преследования, которые осуществляют эту деятельность от имени государства.

Это обусловлено рядом факторов. Во-первых, несомненно, большую значимость имеет обеспечение эффективной организации уголовного преследования в случае со­вершения наиболее тяжких, в том числе и особо тяжких, преступлений. Именно они причиняют (или могут причинить в дальнейшем) наиболее существенный вред правам и законным интересам личности, угрожают безопасности общества и государства.

Во-вторых, по нашему мнению, криминалистика как наука призвана обеспечивать разработку рекомендаций, направленных на повышение эффективности деятельности тех государственных органов и должностных лиц, чьими основными обязанностями является осуществление уголовного преследования от имени государства в целях защи­ты человека и гражданина, общества и государства от преступных посягательств.

Таким образом, понятно, что криминалистика должна заниматься исследованием проблем, возникающих именно в связи с деятельностью этих лиц: исследовать сущность и спе­цифику их деятельности, выявлять общие закономерности ее организации и осуществ­ления, формулировать частные закономерности, разрабатывать научно обоснованные рекомендации по осуществлению уголовного преследования наиболее эффективным образом.

Что же касается субъектов второй группы, то поскольку осуществление уголовного преследования является для них не обязанностью, а правом, решение о начале и оконча­нии уголовного преследования они принимают сами, по своему внутреннему убежде­нию. При этом они весьма условно связаны позицией государства: если в Уголовном кодексе РФ данное деяние отнесено к категории преступлений, а в Уголовно-процессуальном кодексе РФ - к делам частного обвинения, то все дальнейшие решения потерпевший принимает сам. В том числе он сам избирает тактику и методику органи­зации своей деятельности. При этом весьма вероятным и целесообразным, на наш взгляд, будет использование рекомендаций, разработанных криминалистикой для субъ­ектов первой группы с учетом особенностей, характеризующих деятельность субъектов второй группы.

Самостоятельная классификация видов уголовного преследования должна быть про­ведена в зависимости от объема и характера имеющейся информации о виновном. В отличие от первых двух, это криминалистическая классификация. Часто не только на этапе доследственной проверки, но при возбуждении уголовного дела неизвестно, кто именно совершил преступление, отсутствуют данные о личности виновного. Это не исключает возможности возбуждения уголовного дела при наличии к тому предусмот­ренных в законе поводов и оснований. Очевидно, что деятельность субъектов уголовно­го преследования в этом случае будет существенно отличаться от той, которая должна последовать при возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица.

По указанному основанию представляется необходимым выделять уголовное пресле­дование персонифицированное и неперсонифицированное. Предложенное разделение носит достаточно условный характер, поскольку неперсонифицированное уголовное преследование в любой момент может перерасти в персонифицированное. Более того, такое перерастание, основанное на собранной в процессе исследования события престу­пления информации, является одной из основных задач неперсонифицированного уго­ловного преследования.

Вне зависимости от вида уголовного преследования, наличия информации о винов­ном, а также ее объема и характера основным содержанием рассматриваемого вида дея­тельности является познание события преступления. Как известно, теория познания есть общая теория, уясняющая природу познавательной деятельности человека, в какой бы области науки или практики она ни осуществлялась 1. Являясь одним из фундаменталь­ных разделов философии, теория познания способствует также развитию теоретических разделов любой науки.

Очевидным представляется то, что познание в процессе уголовного судопроизводст­ва является разновидностью познавательной деятельности человека. Вместе с тем по­знание в процессе уголовного преследования имеет целый ряд специфических черт, существенно отличающих его от познания в иных областях человеческой деятельности. Прежде всего - это специфический объект познания, которым, как было отмечено, на всем протяжении уголовного процесса является преступление как объективное явление окружающего мира в целом, отдельные его элементы, а также те криминалистически значимые связи, которые существуют внутри и вне его. Наличие единого объекта позна­ния обусловливает возможность и целесообразность говорить о существовании единых (общих) закономерностей исследования этого единого объекта. При этом криминали­стическая теория познания призвана, прежде всего, изучать общие закономерности ис­следования события преступления в целях создания теоретических основ деятельности субъектов по исследованию события преступления на различных этапах и стадиях уго­ловного судопроизводства.

Необходимость достижения этой цели в процессе раскрытия и расследования пре­ступлений, а также судебного рассмотрения уголовных дел обусловлена целями уголов­ного судопроизводства, задачами, которые стоят перед сотрудниками правоохранитель­ных органов и суда.

В соответствии с уголовно-процессуальным законодательством основное назначение уголовного судопроизводства состоит в защите прав и законных интересов лиц и орга­низаций, потерпевших от преступлений, а также защите личности от незаконного и не­обоснованного обвинения, осуждения, ограничения его прав и свобод. Без всесторонне­го, полного и объективного исследования всех обстоятельств происшедшего принятие законного и обоснованного решения по делу, а также обеспечение прав и законных ин­тересов всех участников процесса невозможно. Надлежащее исследование события пре­ступления в свою очередь может быть обеспечено только на основе научного подхода к процессу познания в целом, а также отдельным его стадиям и этапам.

Специфичен и субъект познания в процессе уголовного преследования, которым может быть только лицо, наделенное законом соответствующими полномочиями. В отличие от процесса познания в иных областях науки любой другой человек не может быть субъектом познания на том лишь основании, что ему интересен объект познания.

Законодательно определены также условия, в которых проходит познание. Оно должно проходить в определенные сроки, в строго определенных формах. В основу принимаемых решений может быть положена только информация, полученная либо проверенная в рамках следственных или судебных действий.

Специфика процесса познания обусловлена также тем, что он целиком обращен в прошлое. Субъекты, осуществляющие уголовное преследование, не имеют возможности непосредственно наблюдать за тем, как формируется преступный замысел, как идет подготовка к совершению преступления, избираются способ его совершения, орудия, место и время его совершения. Не могут они также непосредственно исследовать и про­цесс совершения преступления. В отдельных случаях только имеется возможность (и то, как правило, на досудебных стадиях уголовного процесса) наблюдать наступление и развитие последствий совершенного преступления. Обычно же есть только возможность исследовать те следы (в широком смысле слова), которые преступление оставило в ок­ружающей обстановке. Эти и некоторые другие особенности следует относить к катего­рии особенностей криминалистического познания общего порядка, характерных для всех стадий и этапов уголовного преследования. Без глубокого исследования этих про­блем невозможно оценить качество процесса познания, невозможно судить о том, на­сколько полно результаты познания отражают основные особенности объекта познания, насколько верно они отражают существующие внутри и вне его закономерности и т. п.

В свою очередь, познание этих закономерностей на теоретическом уровне имеет и большое практическое значение, доказывая познаваемость события преступления, адек­ватность его отражения в сознании субъектов познания, а соответственно и в материалах уголовного дела.

Одновременно существует и ряд частных особенностей процесса познания в рамках уголовного преследования. Событие преступления традиционно является одним из объ­ектов, изучаемых криминалистикой. Закономерности преступления интересуют науку не сами по себе, но как объект познания субъектами соответствующей криминалистиче­ской деятельности. При этом специфика процесса познания на различных стадиях и этапах уголовного судопроизводства связана с тем, что основная задача одних субъек­тов - исследовать только само событие преступления, а других - еще и деятельность первых по исследованию этого события. Как говорят философы, одни люди добывают знания, а другие - знания о знаниях 2.

Следователь или лицо, производящее дознание, прежде всего, изучают объективную реальность - событие конкретного преступления или серии взаимосвязанных преступлений. Прокурор, осуществляющий надзор за законностью расследования, и государст­венный обвинитель в пределах своей компетенции, а также исходя из целей и задач сво­ей деятельности должны познавать не только само событие преступления, как явление объективной реальности, но и основные характеристики процесса познания следователя (дознавателя). В противном случае невозможно сделать вывод о том, насколько пра­вильно и всесторонне исследовано событие преступления на досудебных стадиях уго­ловного судопроизводства, насколько адекватно отражены результаты этого познания в материалах уголовного дела и, что самое главное, насколько суд и прокурор могут опи­раться в своих выводах на результаты предварительного расследования, насколько соб­ранные доказательства отвечают требованиям относимости и допустимости.

1 См.: Спиркин А. Г. Философия: Учеб. М, 2000. С. 415; Алексеев П. В., Панин А. В. Философия: Учеб. 2-е изд., перераб. и доп. М., 1997. С. 102.
2 См.: СпиркинА. Г. Указ. соч. С. 416.

|0 комментариев