Юрист - онлайн

Криминалистическая методика и квалификация преступлений

Ю.Н. ХАРЛАМОВА

кандидат юридических наук, доцент (Московский университет МВД России)

В типовой структуре методики расследования конкретных видов и групп преступле­ний важнейшими элементами являются обстоятельства, подлежащие установлению при расследовании преступлений соответствующего вида (группы), и криминалистическая характеристика преступлений 1.

Круг обстоятельств, подлежащих установлению по любому виду преступлений (убийство, кража, налоговые преступления и т. д.), определяется соответствующей статьей Уголовного кодекса (УК РФ), а также ст. 73 УПК РФ о предмете доказывания по уголовному делу. И хотя предмет доказывания - производное уголовно-процессуального законодательства и науки уголовного процесса, в основе его лежит уголовно-правовая квалификация. К сожалению, эти в общем-то известные постулаты на практике нередко понимаются очень упрощенно. Это приводит к определенной «нестыковке» положений криминалистической методики и уголовного права, что отрицательно сказывается на эффективности работы по расследованию преступлений.

Одним из примеров отсутствия комплексного подхода к требованиям криминалисти­ки и уголовного права является, на наш взгляд, устойчивое мнение, распространенное среди практических работников, о допустимости, а в ряде случаев - и о целесообразно­сти «предварительной» квалификации преступлений на первоначальном этапе расследо­вания. Речь идет о том, что в ряде случаев следователи вначале квалифицируют престу­пление по одной статье Уголовного кодекса, а в дальнейшем переходят на другую ква­лификацию.

С позиции уголовно-процессуального законодательства следователь, действительно, не связан квалификацией, которую он обозначил в постановлении о возбуждении уго­ловного дела или даже в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого. В соот­ветствии со ст. 175 УПК РФ, если следователь установит какие-то новые факты, свиде­тельствующие о том, что в деянии обвиняемого содержится состав иного преступления, предусмотренного другой статьей Уголовного кодекса, он должен перепредъявить обви­нение. Количество таких перепредъявлений уголовно-процессуальный закон не ограни­чивает; следователь может менять квалификацию расследуемого преступления столько раз, сколько он захочет, и это не считается его профессиональными ошибками. Мы вовсе не собираемся критиковать соответствующие нормы уголовно-процессуального законо­дательства. Закон справедливо не ограничивает в этом плане следователя. Иной порядок привел бы лишь к неоправданному затягиванию расследования преступлений.

Более того, необходимо различать неправильную квалификацию как проявление не­достаточной юридической квалификации следователя (дознавателя) и как результат объективной оценки установленных на том или ином этапе расследования обстоятельств дела. Очевидно, что при возбуждении уголовного дела по факту совершения соответст­вующего правонарушения его квалификация может быть связана с одной уголовно-правовой оценкой содеянного. Производство же следственных действий (например, осмотр места происшествия, допрос) может вполне закономерно привести к другим версиям квалификации совершенного преступления. Следует отличать также неправильную квалификацию от неполной квалификации. Последняя возможна по чисто тех­ническим соображениям (например, вначале частичное, а не в полном объеме предъяв­ление обвинения).

Вопрос заключается в другом: целесообразна ли такая предварительная квалифика­ция тактически? Изучение следственной практики позволяет дать на этот вопрос отри­цательный ответ. Эффективность деятельности следователя по раскрытию преступления во многом связана как раз с тем, насколько быстро он сможет правильно квалифициро­вать расследуемое преступление. Дело в том, что, как уже было сказано, именно квали­фикация преступления определяет одну из главных составляющих методики расследо­вания преступлений, в особенности содержание обстоятельств, подлежащих установле­нию. Неправильно квалифицировав преступление, следователь пойдет по неверному пути. Он будет расследовать не то преступление и искать не того преступника. На пра­вильный путь он встанет только после того, как даст правильную квалификацию рассле­дуемого преступления.

Допустим, что уголовное дело возбуждается по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ как убийст­во из корыстных побуждений или сопряженное с разбоем в связи с тем, что у убитого не оказалось бумажника с деньгами (а деньги, в том числе и в иностранной валюте, по сви­детельству его близких, должны были быть при нем). В действительности же, как потом выясняется, это убийство было совершено в связи с осуществлением потерпевшим своей служебной деятельности и должно квалифицироваться по п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Умысел на завладение бумажником с деньгами возник у виновного уже после совер­шенного им убийства и как раз для того, чтобы направить следствие по ложному следу. Однако очевидно, что следственно-розыскные мероприятия по расследованию корыст­ных убийств и убийства в связи с осуществлением потерпевшим своей служебной дея­тельности существенно различаются, хотя бы по установлению круга подозреваемых. При первой квалификации это будут одни лица, при второй - другие. В последнем слу­чае этот круг значительно сужен и едва ли не персонифицирован.

Мы специально привели пример с расследованием двух преступных деяний - разно­видностей одного преступления (убийства). Еще дальше неправильная квалификация уводит следователя от достижения истины в тех случаях, когда такая квалификация связана с поиском преступника, совершившего преступление, предусмотренное иной статьей Уголовного кодекса (то есть когда речь идет о совершенно другом составе пре­ступления). Например, убийство (ст. 105 УК РФ) и нарушение правил дорожного дви­жения и эксплуатации транспортных средств, повлекшее по неосторожности смерть человека (ч. 2 ст. 264 УК РФ), мошенничество (ст. г59 УК РФ), и фальшивомонетниче­ство как незаконное изготовление поддельных денег (ст. 186 УК РФ), терроризм (ст. 205 УК РФ) и диверсия (ст. 281 УК РФ).

Возможны, разумеется, случаи когда неправильная квалификация не является поме­хой в установлении настоящего преступника. Это бывает тогда, когда, несмотря на раз­личия в содержании объективной стороны соответствующих преступлений, расследова­ние ведется в отношении одного и того же субъекта. Например, такие неправомерные действия при банкротстве, как фальсификация бухгалтерских и иных учетных докумен­тов, отражающих экономическую деятельность предприятия, совершенные руководите­лем или собственником организации в предвидении банкротства (ст. 195 УК РФ), и ук­лонение от уплаты налогов с организации путем включения в бухгалтерские документы заведомо искаженных данных о доходах или расходах (ст. 199 УК РФ) могут быть со­вершены одним и тем же лицом. Однако и в этом случае неправильная первоначальная квалификация способна серьезно затруднить расследование. Эта трудность будет связа­на с поиском доказательств совершенного преступления. Предмет доказывания при указанных преступлениях достаточно серьезно различается, и следовательно, время, затраченное на установление доказательств несовершенного преступления, также отда­лит момент и окончания расследования.

Ошибки такого рода могут быть объяснены некоторой рассогласованностью «языка» уголовно-процессуального закона при описании предмета доказывания по уголовному делу и его уголовно-правовой основы. Так, согласно ст. 73 УПК РФ при производстве

дознания, предварительного следствия и разбирательства уголовного дела в суде подле­жат доказыванию:

1.  Событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления);
2. Виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы;
3.  Обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого (следует иметь в виду и уточнение этих обстоятельств применительно к несовершеннолетним, сделанное в ст. 421 УПК РФ);
4. Характер и размер вреда, причиненного преступлением;
5. Обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния;
6. Обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание;
7.  Обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной от­ветственности и наказания.

Подлежат выявлению также обстоятельства, способствовавшие совершению престу­пления.

То, что уголовно-процессуальный закон (в ст. 73 УПК РФ) называет событием пре­ступления, на языке уголовного права есть не что иное, как объективная сторона состава преступления. Состав преступления - это уголовно-правовая категория. Под ней в науке уголовного права понимается совокупность объективных и субъективных признаков, характеризующих определенное общественно опасное деяние как преступление (напри­мер, как грабеж или вандализм) 2. Понятие состава преступления включает в себя четыре группы признаков, называемых в теории элементами состава преступления: объект, . объективную сторону,субъект и субъективную сторону.

Однако недостатком (и, по нашему мнению, достаточно серьезным) формулировки п. 1 ст. 73 УПК РФ является то, что при описании события преступления как объектив­ной стороны преступления опущено указание на самый основной признак объективной стороны - преступное деяние (общественно опасное действие или бездействие). Указа­ние закона на то, что в п. 1 ст. 73 УПК РФ дан не исчерпывающий перечень обстоя­тельств совершения преступления («и другие обстоятельства»), дела не меняет, так как речь идет об акцентах значимости этих обстоятельств. Общественно опасное деяние происходит в форме действия как проявления активного поведения и бездействия как пассивного поведения. Бездействие заключается в несовершении лицом тех действий, которые оно должно было и могло совершить в силу лежащих на нем обязанностей. Деяние - это признак, образующий все иные признаки состава преступления (являю­щиеся производными от него).

Не назван непосредственно в уголовно-процессуальном законе и такой обязательный признак преступлений с материальным составом (то есть тех, у которых наличие окон­ченного состава преступления уголовный закон связывает лишь с наступлением опреде­ленных указанных в законе последствий, например, таких, как убийство или кража), как причинная связь между действием или бездействием и наступлением общественно опас­ных последствий. При отсутствии этого признака уголовная ответственность за наступ­ление вредных последствий исключается.

Определенный пробел материального (уголовно-правового характера) содержится в УПК и в описании признаков субъективной стороны преступления как необходимой составной предмета доказывания. В п. 2 ст. 73 УПК РФ дается указание на установление виновности обвиняемого в совершении преступления и мотивов преступления. Однако известно, что обязательным признаком субъективной стороны ряда составов преступле­ний является цель преступления, то есть тот результат, который стремится достигнуть лицо, совершившее преступление. Например, один из трех вариантов квалифицирован­ного состава убийства, предусмотренного п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, связывается с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение.

Специфическим уголовно-правовым содержанием обладает и такой важнейший ком­понент методики расследования конкретных видов и групп преступлений, как кримина­листическая характеристика преступлений.

К ее элементам относятся:

- предмет преступного посягательства;
- способ совершения и сокрытия преступления;
-  обстоятельства, при которых готовилось и было совершено преступление (время, место, условия охраны объекта и т. д.);
- особенности оставляемых преступником следов (механизм следообразования в ши­роком смысле);
- личность преступника и потерпевшего 3.

Разумеется, в отличие от предмета доказывания элементы криминалистической ха­рактеристики не всегда обладают самостоятельным уголовно-правовым содержанием, но в тех случаях, когда такое содержание имеется, успех расследования также будет зависеть и от того, какое уголовно-правовое значение следователь будет вкладывать в содержание соответствующего элемента. Так, предмет преступления необходимо отли­чать как от объекта преступления, так и от орудий и средств совершения преступления. Тем более, что одни и те же предметы (вещи) в одних преступлениях выступают в каче­стве предмета преступления как такового, а в других - в качестве орудия совершения преступления. Например, в составе хищения оружия (ст. 226 УК РФ) пистолет является предметом преступления, а при разбое с применением оружия (п. «г» ч. 2 ст. 162 УК РФ) — орудием преступления. Вместе с тем нередки и ситуации, когда один и тот же предмет может быть предметом преступлений, предусмотренных различными составами Уго­ловного кодекса, и, следовательно, обладать признаками разных составов преступлений (например, при краже чужого имущества (ст. 158 УК РФ) и при контрабанде (ст. 188 УК РФ)). И в этом случае разграничение преступлений, а значит, и правильная квалифика­ция преступления зависит, в том числе и от установления объекта преступления, то есть интересов или общественных отношений, охраняемых уголовным законом (в первом случае - собственность, во втором - установленный порядок внешнеэкономической деятельности как одна из сфер экономической деятельности).

Способ совершения преступления - один из важнейших элементов криминалистиче­ской характеристики любого преступления. Однако уголовно-правовое значение способа совершения преступления, то есть совокупности определенных приемов, используемых преступником для реализации своих намерений, связано с тем, является ли способ или нет признаком определенного состава преступления. И в том случае, когда он входит в объективную сторону соответствующего состава преступления, от установления способа также зависит правильная квалификация преступления, а следовательно, и правильное направление в расследовании преступления. Например, тайный способ завладения чу­жим имуществом образует кражу (ст. 158 УК РФ), а открытый - грабеж (ст. 163 УК РФ).

Вместе с тем способ нередко является признаком, отграничивающим преступления от смежного административного правонарушения. Например, если незаконная охота совершается «с применением механического транспортного средства или воздушного судна, взрывчатых веществ, газов или иных способов массового уничтожения птиц и зверей», содеянное образует состав преступления, предусмотренный п. «б» ч. 1 ст. 258 УК РФ (в этом случае в характеристику способа законодатель включил и орудие или средства совершения преступления). Если же незаконная охота осуществляется иными способами и при отсутствии других признаков, указанных в ст. 258 УК РФ, то налицо состав административно наказуемого правонарушения - нарушение правил охоты и рыболовства, а также других правил пользования объектами животного мира (ст. 8.37 Кодекса РФ об административных правонарушений).

Способ сокрытия преступления не принято относить к признакам состава преступле­ния. По крайней мере иная точка зрения не высказывалась в уголовно-правовой литературе, да и в традиционных рамках элементов и признаков состава преступления этому признаку не находится места. И тем не менее и этот признак может приобретать уголов­но-правовое значение. Уголовный кодекс РФ устанавливает такие формы соучастия в преступлении, как совершение преступления организованной группой (ч. 3 ст. 35 УК РФ) и преступным сообществом (ч. 4 и 5 ст. 35 УК РФ). Первый признак предусмотрен законодателем в виде квалифицирующих либо особо квалифицирующих признаков ряда составов. Так, все виды хищений чужого имущества (кража, мошенничество, присвое­ние или растрата, грабеж, разбой, хищение предметов, имеющих особую ценность (ст. 158-162, 164 УК РФ), а также вымогательство (ст. 163 УК РФ), причинение имуще­ственного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием (ст. 165 УК РФ) и не­правомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хи­щения (ст. 168 УК РФ) в качестве одного из квалифицирующих обстоятельств предпола­гают совершение любого из этих преступлений организованной группой. А организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем либо в объедине­нии организаторов, руководителей или иных представителей организованных групп образует самостоятельный состав преступления (ст. 210 УК РФ). Вместе с тем заранее планируемые способы соучастия совершенных преступлений являются одной из воз­можных характеристик объективной стороны участия в преступном сообществе (и в этом случае будет налицо оконченный состав преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 210 УК РФ) или такого же участия в составе организованной группы (в этом случае налицо квалифицированный состав преступления, совершенного организованной груп­пой, например, кражи чужого имущества - п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ).

Уголовно-правовое содержание таких компонентов криминалистической характери­стики, как обстоятельства, при которых готовилось и было совершено преступление, в некоторых случаях (например, время и место совершения преступления) совпадает с содержанием предмета доказывания по уголовному делу (ст. 73 УПК РФ). Что же каса­ется еще одного компонента - условий охраны объекта, то чаще всего это чисто крими­налистическая категория. Однако по делам о некоторых преступлениях и данный при­знак может приобретать специфическое уголовно-правовое содержание и влиять на квалификацию преступления, предопределяя разработку правильной версии о преступ­лении и лице, его совершившем. В первую очередь это касается некоторых видов хище­ний чужого имущества (например, кражи - ст. 158 УК РФ), хищения или вымогательст­ва ядерных материалов или радиоактивных веществ (ст. 221 УК РФ), хищения либо вымогательства оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств (ст. 226 УК РФ), хищения либо вымогательства наркотических средств или психотроп­ных веществ (ст. 229 УК РФ). В особенности это относится к совершению указанных преступлений организованной группой.

Такие составляющие криминалистической характеристики совершенного преступле­ния, как личность преступника и личность потерпевшего, изначально являются крими­нологическими характеристиками. В криминологическом плане они выполняют свою специфическую роль, являясь важным источником сведений о причинах и условиях определенного преступления. Для уголовно-правовой квалификации эти характеристики приобретают значение лишь тогда, когда выступают в качестве юридических признаков состава преступления, обычно его субъекта и субъективной стороны (например, для установления хулиганских побуждений при убийстве, хулиганстве или вандализме). Кроме того, характеристика личности потерпевшего и в особенности его поведения мо­жет оказать влияние на квалификацию некоторых преступлений против жизни и здоро­вья, в частности совершенных в состоянии аффекта (ст. 107, 113 УК РФ). Таким обра­зом, и в этом случае объективное содержание криминалистической характеристики во многом зависит от уголовно-правового содержания соответствующих компонентов та­кой характеристики и правильной квалификации совершенного преступления.                      

1 См., например: Криминалистика: Учеб. для высших юридических учебных заведений / Под ред. А. Г. Филиппова (отв. ред), А. Ф. Волынского. М., 1998. С. 332.
2 См., например: Российское уголовное право: Общая часть: Учеб. / Под ред. В. Н. Кудрявцева, А. В. Наумова. М., 1997. С. 84.
3 См.: Криминалистика: Учеб. для высших юридических учебных заведений / Под ред. А. Г. Фи­липпова (отв. ред.), А. Ф. Волынского. М., 1998. С. 333.

|0 комментариев