Юрист - онлайн

К вопросу о понятии и сущности проверки показаний на месте

Н.А.БУРНАШЕВ

кандидат юридических наук, доцент

А. В. СЕРДЮКОВ (Московский университет МВД России)

В процессе расследования преступлений, связанных с причинением вреда здоровью (ст. 111-117 УК РФ), нередко возникает необходимость проверить показания ранее до­прошенного лица (подозреваемого, обвиняемого, свидетеля, потерпевшего) посредством выхода на место события (ст. 194 УПК РФ).

До признания проверки показаний на месте в действующем уголовно-процес­суальном законодательстве на протяжении ряда десятилетий ее именовали по-разному: «сопоставление показаний с обстановкой на месте» (С. С. Степичев), «воспроизведение показаний на месте» (А. Н. Васильев). На практике ее называли «выход на место», «вы­водка» и т. д. Наиболее удачным оказалось название «проверка показаний на месте», которое предложили Л. А. Соя-Серко и М. Н. Хлынцов. Впоследствии этот термин был признан законодателем.

Анализ практики расследования преступлений, связанных с причинением вреда здоровью, показывает, что проверка показаний на месте по таким делам успешно про­водилась задолго до введения ее в качестве самостоятельного следственного действия в УПК РФ, о чем свидетельствуют многочисленные ссылки в приговорах судов на протокол этого следственного действия 1. Не менее активно она проводится и в на­стоящее время.

Сложный путь становления проверки показаний на месте нередко проводит к ошиб­кам в понимании сущности этого следственного действия, что, в известной мере, мешает выработке его оптимальной тактики.

Известно, что некоторые авторы проверку показаний на месте начисто отрицали (А. М. Ларин). И. М. Лузгин рассматривал ее как разновидность криминалистической реконструкции, основной задачей которой считал «воссоздание элементов криминаль­ной ситуации». В. Е. Жарский считал это следственное действие разновидностью след­ственного эксперимента, рассматривая ст. 183 УПК РСФСР как основание для проведе­ния проверки показаний на месте 2. Такое некорректное толкование указанной нормы ранее действовавшего УПК, на наш взгляд, порождало путаницу не только в науке, но и на практике.

Следователи также нередко именовали это следственное действие следственным экс­периментом. Поскольку такая ошибка оказалась очень живучей, следует более подробно остановиться на понятии проверки показаний на месте и ее отличиях от следственного эксперимента.

Результаты изучения практики расследования преступлений, связанных с причине­нием вреда здоровью, показывают, что проверку показаний на месте целесообразно про­водить следующим образом.

Во-первых, осуществляется показ проверяемым лицом места и находящихся на нем объектов, связанных с событием преступления.

Во-вторых, проверяемое лицо дает показания относительно механизма и особенно­стей нанесения повреждений потерпевшему.

В-третьих, проверяемому лицу предлагается продемонстрировать действия, которые оно совершило в отношении пострадавшего (при необходимости с применением пред­метов, имитирующих оружие).

В-четвертых, следователь сопоставляет полученные данные с обстановкой события и информацией, содержащейся в протоколах следственных действий.

Как показало изучение практики расследования преступлений, связанных с причине­нием вреда здоровью, до сих пор очень часто фактически проводится проверка показа­ний на месте, которую именуют следственным экспериментом. Это видно из следующих примеров.

При расследовании уголовного дела по факту причинения тяжкого вреда здоровью Е. в с. Пеньки, Моршанского района Тамбовской области было установлено, что у Е. име­ются телесные повреждения в виде колото-резаной раны грудной полости, которые бы­ли причинены его родным братом М. Тот не отрицал факта нанесения ножевого ране­ния, однако сообщил, что повреждение было нанесено случайно. М. пояснил, что во время приготовления еды резал кухонным ножом хлеб. Неожиданно для него, со спины подошел Е. и окликнул его. М. резко развернулся в его сторону и находившимся в руках ножом случайно натолкнулся на пострадавшего. Однако потерпевший утверждал, что М. нанес удар умышленно, в ходе возникшей ссоры.

Следователем было принято решение о производстве следственного эксперимента, с целью «уточнения обстоятельств причинения телесного повреждения». При производст­ве эксперимента М. предлагалось «показать, в каком положении он находился и как держал нож». В ходе проведения данного следственного эксперимента каких-либо опытных действий проведено не было, все действия заключались в однократном показе ранее произошедшего события. В результате было установлено расхождение продемон­стрированных действий с фактически имеющимися повреждениями на теле Е. 3

При расследовании другого преступления - по факту причинения колото-резаной ра­ны К. было установлено, что данное повреждения причинил С. В своих показаниях С. сообщил, что повреждение он нанес случайно. Находясь на улице, он хозяйственным ножом убил собаку с целью ее дальнейшего употребления в пишу. Когда на земле он срезал с нее шкуру, рука с ножом соскочила и по инерции пошла дальше. В это время за ним на линии траектории движения ножа, находилась К., которой он случайно нанес ножевое ранение.

Следователем было принято решение о производстве следственного эксперимента. Результаты оказались такими же, как и в первом случае: было установлено несоответст­вие механизма повреждений на теле потерпевшей К. и действиями, продемонстрирован­ными С. 4

Нам представляется, что рассматривать подобные действия как следственные экспе­рименты совершенно неправильно.

Попытаемся разобраться в этом более обстоятельно. Как известно, следственный эксперимент - это следственное действие, состоящее в проведении специальных опытов для исследования обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу 5. При этом воссоз­дается модель, аналог события, имевшего место в прошлом. Доказательственное значе­ние следственного эксперимента полностью зависит от того, насколько точно воссозда­ны в ходе эксперимента обстоятельства подлинного события, при их неоднократном повторении. Рассуждая логически, идеальным вариантом следственного эксперимента по установлению механизма образования следов по делам о преступлениях, связанных с причинением вреда здоровью, было бы оставление соответствующих следов в виде те­лесных повреждений на теле потерпевшего. Иными словами, необходимо нанести удар такой же силы и в то же место ножом, молотком, таким же образом душить человека, совершить насильственный половой акт и т. п. Разумеется, это совершенно недопусти­мо, так как по своей сути будет совершением нового преступления. Не случайно в ст. 181 УПК РФ закреплено положение, запрещающее производство следственного экс­перимента, если при этом создается опасность для здоровья участвующих в нем лиц.

В результате проведения подобных экспериментов должны быть оставлены следы, в максимальной степени сходные с подлинными следами; однако, если в ходе подлинного события след был оставлен на теле человека, а в ходе следственного эксперимента - на манекене, сходство таких следов может быть лишь весьма приблизительным. В связи с этим нельзя использовать полученный результат как бесспорное доказательство.

В действующим уголовно-процессуальном законе есть следственное действие, кото­рое идеально подходит для данных ситуаций, - проверка показаний на месте. В этой связи приведем одно из его определений. Проверка показаний на месте - это следствен­ное действие, состоящее в показе ранее допрошенным лицом места и объектов, связан­ных с расследуемым событием, одновременной даче показаний по поводу этого события и демонстрации отдельных действий в. целях проверки имеющихся и получения новых доказательств 6. При расследовании преступлений, связанных с причинением вреда здо­ровью, происходят именно такие процессы - участник следственного действия показы­вает место и объекты, связанные с расследуемым событием, дает показания об этом со­бытии и демонстрирует действия, которые он или другие лица совершали в ходе собы­тия. Надо лишь добавить, что следователь сопоставляет соответствие показаний лица с обстановкой события.

Следственный эксперимент и проверка показаний на месте имеют некоторые черты сходства. Они оба направлены на проверку и уточнение доказательств. Однако между данными следственными действиями, на наш взгляд, существует гораздо больше разли­чий. Попытаемся их проанализировать:

1.  Как .известно, следственный эксперимент подразумевает неоднократное проведе­ние опытов; при проверке показаний на месте опытные действия тоже могут проводить­ся, но без их повторения, только в режиме однократного показа произошедшего события и рассказа о нем.

2. При проверке показаний на месте обычно не требуется реконструкции обстановки, а при проведении эксперимента это нередко является обязательным элементом, направ­ленным на достижение максимального сходства обстановки события преступления с той, в которой производятся экспериментальные действия (например, при установлении возможности нанесения удара под определенным углом в тесном помещении).

3. При проверке показаний на месте не решается вопрос о возможности происхождения данного события при определенных условиях и обстоятельствах (например, случайного нанесения повреждения), что является составной частью следственного эксперимента.

4. Следственный эксперимент можно провести без участия в нем лица, чьи показания исследуются, а проверка показаний на месте носит демонстрационный характер и про­водится только с участием лица, показания которого проверяются.

5.  При проверке показаний на месте проверяется вербальная информация, получен­ная от определенного лица (потерпевший, свидетель, подозреваемый, обвиняемый), а при следственном эксперименте возможно исследование не только показаний указанных субъектов, связанных с производимыми опытами, но и фактов, полученных из других источников.

6.  При проверке показаний на месте проверяются показания только одного лица (не допускается проверка показаний одновременно с несколькими лицами), а в ходе следст­венного эксперимента возможно единовременное участие нескольких лиц (например, при установлении взаимного расположения участников конфликта).

7.  Проверка показаний на месте обычно проводится на конкретном месте, где про­изошло событие, а при следственном эксперименте допускается реконструкция обста­новки события и его проведение в реконструированной обстановке. Возможно также его проведение в любом другом подходящем для этого месте.

8.  При проверке показаний на месте необходимым элементом является согласие ли­ца, чьи показания проверяются; при следственном эксперименте этого согласия не тре­буется, как не всегда требуется и участие самого лица (оно может быть заменено стати­стом со схожими физическими данными).

9.  При следственном эксперименте корректировку действий участвующих лиц осу­ществляет следователь; при проверке показаний такое вмешательство недопустимо. Ли­цо самостоятельно, без наводящих вопросов, сообщает о произошедшем событии. Сле­дователь в данном случае может лишь задавать уточняющие вопросы.

Почему же на практике весьма распространены ошибки, связанные с проведением проверки показаний на месте? Очевидно, дело здесь в том, что проверка показаний на месте до недавнего времени была следственным действием как бы «полулегальным» -она проводилась на практике, но не была регламентирована уголовно-процессуальным законом. На практике «…предлагалось проводить проверку и уточнение показаний на месте в рамках эксперимента, допроса или осмотра» 7. Анализ изученных нами уголов­ных дел показывает, что следователи, проводя действия, по существу являющиеся про­веркой показаний на месте, нередко оформляют их протоколом другого следственного действия. Таким наиболее подходящим действием, как правило, оказывается следствен­ный эксперимент.

Разумеется, эти «псевдоэксперименты» по своей сущности являются проверкой пока­заний на месте.

К сожалению, сейчас, когда никаких объективных причин для этого нет, когда закон четко разграничивает указанные следственные действия, на практике фактиче­скую проверку показаний на месте часто продолжают именовать следственным экс­периментом.

Как показывают результаты исследования, фиксация проверки показаний на месте в протоколах осуществляется следователями преимущественно в третьем лице. Такой же вариант фиксации этого следственного действия предлагается и в примерных образцах процессуальных актов предварительного расследования 8. Мы считаем предлагаемый вариант фиксации неверным по существу. Учитывая комплексный характер этого следственного действия, полагаем, что показания проверяемого лица в протоколе должны фиксироваться в первом лице, по аналогии с допросом, а действия прове­ряемого - в третьем лице, по аналогии со следственным экспериментом или предъявле­нием для опознания. В связи с этим целесообразно в ст. 194 УПК РФ внести следующее дополнение: «Фиксация показаний лица, чьи показания проверяются, в протоколе осу­ществляется в первом лице. Фиксация действий этого лица осуществляется в третьем лице».

1  Это подтверждается и практикой одного из авторов, А. В. Сердюкова, работавшего в течение трех лет в должности следователя в г. Моршанске Тамбовской области, и анализом 87 уголовных дел рассматриваемой категории, законченных расследованием в процессуальном режиме нового УПК РФ.
2 См.: Криминалистика/ Под ред. Р. С. Белкина, И. М. Лузгана. М., 1980. Т. 2. С. 176-178.
3 Из архива Моршанского районного суда Тамбовской области за 2003 г., дело № 20357.
4 Из архива Моршанского районного суда Тамбовской области за 2003 г., дело № 19670.
5 Криминалистика: Учеб. / Под ред. А. Г. Филиппова. 3-е изд. М., 2004. С. 264.
6 Криминалистика: Учеб. С. 310.
7 Шобик Б. И. Проверка и уточнение показаний на месте: Лекция. Хабаровск, 1987. С. 4.
8 См.: Примерные акты предварительного расследования. Примерные образцы. М., 1991. С. 217. (Автор главы А. П. Гуляев.)

|0 комментариев