Использование средств дактилоскопии для сохранения в тайне данных о лицах, содействующих уголовному судопроизводству
Р. И. МОГУТИН
кандидат технических наук, доцент
Л.В.ХАРЧЕНКО
кандидат юридических наук
С. Л. ЯНИН
адъюнкт (Волгоградская академия МВД России)
В последние годы в связи с расширением масштабов организованной преступности четко прослеживается тенденция роста количества случаев незаконного воздействия на свидетелей, потерпевших, а также подозреваемых и обвиняемых, способствующих уголовному судопроизводству.
Так, изучение материалов уголовных дел, возбужденных и оконченных производством по ст. 307, 308, 309 УК России (соответственно по ст. 181, 182, 183 УК РСФСР) в период с 1989 г. по 2002 г., свидетельствует о том, что 94 % от общего числа случаев незаконное воздействие оказывается по делам о преступлениях, относящимся к категории тяжких.
Следует отметить, что приведенная статистика отражает только те факты незаконного воздействия на лиц, способствующих уголовному судопроизводству, которые стали известны. Реальных же случаев намного больше. Отсюда можно сделать вывод, что целесообразнее было бы не расследовать уголовные дела, связанные с незаконным воздействием, а предотвращать таковое.
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации содержит ряд мер, призванных обеспечить безопасность участников уголовного судопроизводства: сохранение в тайне данных о личности свидетеля или потерпевшего; проведение опознания в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым; контроль и запись телефонных и иных переговоров; проведение закрытого судебного заседания; допрос свидетеля, потерпевшего в судебном заседании без оглашения подлинных данных о его личности в условиях, исключающих визуальное его наблюдение другими участниками судебного разбирательства.
Однако надо признать, что реализация приведенного комплекса мер станет эффективной только тогда, когда будет обеспечена эффективность процедуры сохранения в тайне данных о личности защищаемого лица. В противном случае, даже при применении иных мер безопасности, личность содействующего лица может стать известной преступникам.
Частью 9 ст. 166 УПК России регламентируется порядок обеспечения безопасности потерпевшего, его представителя, свидетеля, их близких родственников, родственников и близких лиц. При этом следователь вправе в протоколе следственного действия, в котором участвуют потерпевший, его представитель или свидетель, не приводить данные об их личности. Реализация этой меры предусматривает, что следователем с согласия прокурора выносится постановление, в котором излагаются причины принятия решения о сохранении в тайне соответствующих данных, указывается псевдоним участника следственного действия и приводится образец его подписи, которые он будет использовать в протоколах следственных действий, произведенных с его участием. Постановление помещается в конверт, который после этого опечатывается и приобщается к уголовному делу.
Такой порядок сохранения в тайне данных о личности имеет, на наш взгляд, существенный недостаток: неоправданно широк круг лиц, имеющих доступ к материалам уголовного дела с приложенным к нему в конверте постановлением. Это связано с тем, что:
1) постановление о применении меры безопасности в виде сохранения в тайне данных о личности согласуется с надзирающим прокурором;
2) согласно ст. 39 УПК России начальник следственного отдела (и, соответственно, его заместитель) вправе проверять материалы уголовного дела;
3) по окончании расследования материалы дела предъявляются обвиняемому и его защитнику для ознакомления;
4) после этого уголовное дело направляется прокурору для принятия им решения в порядке ст. 221 УПК России, «проходя» через работников канцелярии органа прокуратуры;
5) таким же образом дело в случае утверждения обвинительного заключения прокурором направляется в суд, то есть доступ к нему получает обеспечивающий работу прокуратуры и суда персонал - секретари, нарочные и т. п.
Хотелось бы отметить, что мы ни в коем случае не хотим бросать тень на участников уголовного судопроизводства, честно и добросовестно выполняющих свои обязанности. Вместе с тем последние события свидетельствуют о фактах коррупции, имеющих место среди сотрудников правоохранительных органов. Доступность конверта с постановлением о сохранении в тайне данных о личности и возможность его незаметного вскрытия создают потенциальную возможность «утечки» защищаемой информации.
Разглашение скрываемой информации о личности свидетеля или потерпевшего может повлечь осуществление незаконного воздействия на них, последствиями чего могут стать как отказ защищаемого лица в судебном заседании от ранее данных показаний, так и его физическое устранение. В конечном итоге результатом будет невозможность осуществления правосудия по конкретному уголовному делу и уход виновных от заслуженного наказания. Естественно, такие факты вызывают подрыв доверия населения к правоохранительным органам, которые не могут обеспечить надлежащим образом его безопасность.
Выходом из сложившейся ситуации, на наш взгляд, является ограничение круга лиц, имеющих доступ к информации о защищаемых свидетелях и потерпевших. Это возможно, во-первых, путем внесения изменений в ч. 9 ст. 166 УПК России, заключающихся в изменении содержания постановления о сохранении в тайне данных о личности. Во-вторых, путем сосредоточения всей информации о защищаемом лице в руках одного человека. Таковым, на наш взгляд, должен явиться следователь. Именно он, исходя из своих должностных обязанностей, знает все данные о защищаемом лице и принимает решение об их зашифровке. Изложенное позволит в случае «утечки» информации о личности свидетеля или потерпевшего легко установить ее источник и, следовательно, выявить коррумпированного сотрудника.
С учетом сказанного мы предлагаем процедуру применения рассматриваемой меры безопасности, в основу которой положены средства дактилоскопии, все более широко применяемые в настоящее время.
Следователь, приняв решение о сохранении в тайне данных свидетеля или потерпевшего, должен вынести об этом постановление, в котором констатируется факт участия в уголовном деле лица, обладающего доказательственной информацией, без указания ‘ подлинных данных о его личности. В этом постановлении участнику уголовного судопроизводства присваивается псевдоним, под которым он будет фигурировать в материалах дела, и приводятся отпечатки больших пальцев его рук. Данное постановление согласуется с надзирающим прокурором. Следователь зашифровывает полные данные о личности защищаемого лица и хранит их на магнитном носителе вместе с отпечатками пальцев. Ключ к расшифровке этой информации имеется только у него.
Далее, в протоколах следственных действий, в которых принимало участие защищаемое лицо, наравне с вымышленными его данными, вместо подписи ставятся отпечатки больших пальцев его рук. При назначении судебного заседания судья уведомляет следователя о необходимости вызова такого лица в судебное заседание. В судебном заседании специалистом сканируются отпечатки пальцев дающего показания лица и сравниваются с отпечатками, имеющимися на соответствующих протоколах следственных действий. Таким образом, лицо идентифицируется как действительно участвовавшее в следственных действиях. В приговоре суда такой свидетель (потерпевший) также должен фигурировать под присвоенным ему на следствии псевдонимом. После вступления приговора суда в законную силу зашифрованные данные о таком свидетеле или потерпевшем передаются следователем в создаваемую для этой цели специальную базу данных Верховного Суда Российской Федерации. Ключ к шифру вместе с отпечатками пальцев направляются следователем в ГИЦ МВД либо ФСБ России. Соответствие отпечатка пальца и ключа зашифрованной записи, содержащей информацию о защищаемом лице, устанавливается только специальным сотрудником ГИЦ (что опять сводит до минимума число лиц, имеющих доступ к такой информации). В дальнейшем данные о таком свидетеле (потерпевшем) можно будет получить только через официальный запрос в Верховный Суд, который может предоставить их только при содействии ГИЦ МВД (ФСБ). Срок хранения информации о защищаемом лице должен быть равен сроку хранения архивного уголовного дела, показания по которому давало это лицо. После уничтожения материалов дела должна быть уничтожена и информация о свидетеле (потерпевшем).
В том случае если данные об оказывающем содействие уголовному судопроизводству лице на момент предварительного следствия уже имеются в ГИЦ МВД (например, лицо было ранее судимо), то вместо отпечатков больших пальцев рук к протоколу прикладываются отпечатки других частей тела. Ими могут быть, например, вторые фаланги пальцев и т. п., по которым лицо также может быть идентифицировано.
Положительные стороны применения предлагаемого способа, по крайней мере, на стадии предварительного расследования очевидны. Во-первых, сокращается до минимума число лиц, осведомленных о подлинных данных о личности защищаемого; во-вторых, применение такой меры не представит для следователя никакой сложности в техническом плане; в-третьих, в случае оказания незаконного воздействия на защищаемое лицо отследить источник «утечки» информации будет несложно.
Таким образом, предлагаемый подход к сохранению в тайне данных о личности позволяет реально решить проблему обеспечения безопасности лиц, способствующих уголовному судопроизводству.